Моя душа, я помню, с детских лет

Чудесного искала...

     Об этих поисках «чудесного», о стремлении юного Лермонтова разгадать таинственный, загадочный не­бесный мир свидетельствует стихотворение «Ангел».

     Первые два четверостишия — это описание «неба по­луночи» и песни, которую поет ангел.

     Что мы узнаем об этой песне? Для этого проанали­зируем язык стихотворения: «И тихую песню он пел», «Внимали той песне святой». Лермонтов употребляет эпитеты, характеризующие слово песня: тихая, свя­тая. Что значит святая? Значит божественная, не­земная, небесная. В этом эпитете выражено отноше­ние Лермонтова к песне ангела.

     О чем пел ангел? Ответ на этот вопрос мы находим во втором четверостишии.

     Обратим внимание на конец строфы: «Хвала его не­притворна была». Этот образ как бы переносит нас с

небес на землю. Образ, который возникает по контрасту с обра­зом неба: юный Лермонтов очень страдал от притвор­ства, фальши, неискренности всего, что его окружало на земле.

     Третье и четвертое четверостишия, т. е. вторая половина стихотворения, рассказывают уже не только о небе, но и о земле. Как же рисуется образ земли в стихотворении? Он противопоставлен образу неба: «мир печали и слез», «скучные песни земли».

     Душа, принесенная ангелом на землю, «долго на свете томилась... желанием чудным полна». (Лермонтов не случайно выбрал очень выразительный глагол томи­лась.)

     Так «томилась» душа самого Лермонтова «среди ле­дяного, среди беспощадного света», сохраняя мечту об иной жизни.

     Таким образом, мы видим, что песня ангела — это во­площение мечты, стремлений, идеалов поэта, душа ко­торого «чудесного искала».

     Стихотворение удивительно музыкально: оно само звучит как песня, которую хочется не только слушать, а «внимать» ей.